Файролл. Снисхождение. Том 3 - Страница 107


К оглавлению

107

— Ерунда какая-то — сообщила она мне, неодобрительно покосившись на скорлупки от фисташек, живописно разбросанные по столу — От меня народ шарахался как от прокаженной.

— Какой именно народ? — уточнил я, поглаживая живот.

— Сотрудники — Вика присела на табурет — Не тупи, Киф, кто еще-то? Сидят, глядят, шушукаются. Не в курсе, в чем тут дело? И надень какие-нибудь штаны, что ты в труселях шастаешь!

— Имею право — с достоинством ответил я — Чай, не графья. Что до народа — есть причина.

Интересно, как к произошедшему отнеслись работники кафе? Надеюсь, Вике никто не плюнул в чашку.

— Поделись произошедшим — потребовала Вика — И вообще — что за привычку ты взял иметь от меня тайны?

— Да какие тайны? — поморщился я — Просто не успел рассказать.

Узнав о недавних злоключениях, свалившихся на мою голову благодаря Старику, и брезгливо повертев в руках кучку резинового дерьма, Вика нецензурно выругалась, правда, не имея в виду кого-то конкретного, а после пригорюнилась.

— Новое дело — помолчав, сообщила мне она — Только этого нам и не хватало.

— Все, как у классиков рока — попытался приободрить ее я — Эпоха большой нелюбви. Да плюнь, что тебе до общего мнения? Мы как с большинством этих людей не общались, так и дальше общаться не будем. Главное, чтобы высокое начальство нас в опалу не загнало, а с ним проблем вроде нет.

— Жалует царь, да не жалует псарь — возразила мне Вика — Так папка всегда говорил, когда ему кассирша зарплату на автобазе монетами выдавала. Он ее мужу в молодости нос сломал, так та его два десятка лет гнобит. А он принципиальный, не хочет прогибаться.

— Мне твой батя сразу понравился — одобрил действия дяди Жени я — Мужик!

— Ага — криво улыбнулась Вика — Он мужик, а мы потом с мамой и Элькой в магазине выслушивали разные: «Как на паперти стояли». Знаешь, как это унизительно?

— Нет — отвел глаза в сторону я.

— Вот-вот — Вика взяла бутылку пива и сделала пару глотков — Вы все такие мущинистые, принципиальные, несгибаемые. А расплачиваемся за это мы.

— Слушай, я тут вообще не при делах — пододвинул к ней вазочку с фисташками я — В смысле текущей ситуации. Сама же видишь, тут чистая подстава. Неумышленная, разумеется, но подстава. Я сам жертва.

— Да это понятно — Вика снова отхлебнула пива — Вот только что теперь делать?

— Да ничего не делать — успокоил ее я — Смотреть будут, жужжать за спиной будут, но в конфронтацию никто не полезет. Я так думаю, Азов уже им кое-что объяснил. Да и потом — они тут все стратеги, так что на потенциального фаворита Старика никто буром не попрет. Не той тут закалки народ. Бери орешки.

Вика отправила в рот пригоршню очищенных фисташек, погладила меня по щеке и сказала:

— Пошли в постель. Все равно делать больше сегодня нечего.

— Глупостями заниматься? — оживился я.

— Ну, я вообще-то кино хотела посмотреть — уточнила моя подруга — Но можно и глупостями.

Прямо скажу — задался день. Давно такого спокойного выходного у меня не было. И вообще — этим вечером мне больше всего хотелось не вылезать из постели и просто уснуть крепким сном человека, который никому ничего не должен.

Но, увы, я должен. Много чего должен. Например, вместо того, чтобы спать со своей женщиной, должен забираться в капсулу и тащиться в виртуальный мир, причем в не самую веселую его локацию.

Замок встретил меня радостными воплями, раздающимися с крепостных стен:

— Пробей лося!

— Аааааа!

— Флоси, ты портки уронил!

Там мелькали факелы, орали стражники, и кто-то за кем-то бежал. Судя по всему, мои друзья не только тот бочонок прикончили, они еще и добавки где-то раздобыли. Интересно бы узнать, где, но тогда мне на хвост Назир сядет, что недопустимо.

Я с сожалением глянул на набирающее обороты файер-шоу и полез за свитком. Воистину — каждому свое. НПС весело бегать с песнями и без штанов, а игроку на кладбище переться.

И, между прочим, выглядело оно сегодня куда более уныло, чем прошлый раз. Хотя оно понятно, в тот-то раз новоселье было, с танцами, ди-джеем «МС Берцовая кость», и даже чилаутом в виде уютных могилок в северной части, а сегодня тут серые будни. Вон, даже на входе не два скелета, а один, причем замухрышистый донельзя.

— Барон у себя? — хмуро спросил я у охранника.

Тот защелкал челюстью, замахал конечностями, давая мне понять, что да, повелитель тут, в результате потерял равновесие и упал на землю. Причем так неудачно, что вся нижняя его часть разлетелась вдребезги, что, правда, не сказалось на качестве его привратной работы. Он все так же махал костлявыми руками, указывая мне направление.

— Еще один развалился на работе — пробормотал я и потопал вглубь кладбища.

Барон обнаружился там же, где и в прошлый раз, правда, сейчас он не восседал на своем троне из могильных плит. Он изволил развлекаться благородной забавой, а именно — играл в крокет на специально расчищенной для этого дела площадке, освещаемой противно-зеленым светом, который излучали факелы, врытые в землю по ее краям.

Я до этого дня ни разу не видел, как играют в крокет. Читать про него читал, а вот так, вживую, не доводилось. Мы не англичане, у нас другие развлечения.

Вместо клюшки у него была костяная нога какого-то невероятного размера, явно принадлежащая существу нечеловеческого происхождения. Не может быть у человека, или даже эльфа, вот таких кривых пальцев с когтями.

Шаром выступал чей-то маленький череп с круглыми глазницами и мелкими острыми зубами, и загонял его Сэмади в воротца, сделанные из костей же.

107